24 марта 2025

«Главный учитель — жизнь»

Интервью с заведующим хирургическим отделением Университетского клинического центра им. В.В. Виноградова (филиал) РУДН, врачом-хирургом Вячеславом Владимировичем Гогичашвили.

Стаж работы — 30 лет. Кандидат медицинских наук.

Почему выбрали именно эту профессию?
Медицина — это судьба и призвание. Жизнь — от первого курса медицинского института — прошла в стенах больницы.

В учебное время хирургия сразу увлекла?
Я приходил в хирургическое отделение, оставался дежурить — было интересно наблюдать за ходом операций. Люди влияли на выбор профессии. Моим наставником был высококлассный хирург Валентин Иванович Агафонов. Как врач я никогда не прекращаю развиваться и продолжаю учиться: посещаю конференции, конгрессы и съезды. Но главный учитель — жизнь.

Помните первую операцию?
Да. Я был еще студентом, и мне доверили вскрытие абсцесса. Нелегко сделать первый разрез. Сужу по себе: хирург всегда переживает перед операцией. За день может быть 10–15 операций. Годы и опыт помогают отточить движения и сосредоточить мысли.

А были неожиданные случаи?
Моя специализация — общая хирургия. В основном я провожу абдоминальные операции (операции на брюшной полости), но занимаюсь и экстренной хирургией, которая включает вмешательство в грудной и плевральной областях, а также работу на сердце и сосудах.

В животе всё просто, но и он может оказаться загадочным и сложным. Однажды был удивительный случай — аппендицит с гнилостно измененным червеобразным отростком длиной 20 см, который тянулся до ворот селезенки. Операция длилась 2 часа, завершилась большим разрезом, но главное, что больной выздоровел.

Испытываете ли вы чувство вины?
Делать нужно так, чтобы после твоего вмешательства не стало хуже. Наверное, каждый хирург живет с постоянным чувством вины. Пациент поступает в отделение, и я уже чувствую себя виноватым, даже если он сам виноват.

Недавно прооперировали женщину, которая 7 дней лежала дома с гнойным желчным пузырем. Мы провели операцию, но осложнения возможны из-за длительности заболевания и выраженности воспалительных изменений окружающих органов. Мы внимательно следили за ее состоянием в послеоперационный период, испытывая некоторое чувство вины, поскольку уже прикоснулись к больному и теперь несем ответственность.

А есть у вас, как у хирурга, любимый орган?
Самая красивая операция, как мне кажется, — это резекция желудка. Удаление части этого органа, пораженной язвой, улучшает качество жизни пациента и предотвращает осложнения: кровотечение, перфорацию или пенетрацию в соседний орган.

Во время операции время летит или ползет?
Летит стремительно. Кажется, что прошло всего несколько минут, а на самом деле — два часа. Операцию всегда выполняет своя операционная бригада.

Но без высококвалифицированной операционной медицинской сестры операцию не сделать. Идеальная операция проходит молча — никто ни с кем не разговаривает. Не как в кино: «зажим», «пинцет», «передайте». Нет, каждый участник знает, что делать, и в нужный момент в твоей руке оказывается необходимый инструмент.

И какой бы непростой ни была работа — она прекрасна. Я рад, что я — хирург.